Фарух Парпиев приехал на Пхукет в 23 года работать гидом. Через полгода его уволили. Сегодня у него агентство недвижимости, управляющая компания и девелоперский проект, а в трёх бизнесах работает 116 человек. Мы говорили о том, как это вышло, и почти сразу выяснилось, что версия про смелость и мечту ему не нравится.
12 лет назад тебе было 23, и ты улетел на другой конец планеты строить бизнес. Откуда эта смелость? Что должны были вложить в ребёнка родители, чтобы подарить ему такую уверенность в своих силах?
Я с этим не согласен абсолютно. Я закончил универ, пошёл работать по профессии и понял, что не хочу больше заниматься этим ни одного дня в своей жизни. Моя профессия – разработка месторождений полезных ископаемых. Я горный инженер по образованию.
Я поработал полгода, наверное, и понял, что больше не могу. И тут мои друзья поехали работать в Турцию и меня позвали с собой. Смелость была не нужна, эту дорогу прошли десятки моих знакомых до меня. Потом эта же компания отправила меня в Таиланд. Я не строил бизнес в Таиланде, я просто приехал на Пхукет работать гидом. Всё было очень обстоятельно, а долгосрочных планов не было вообще. Что там, я и сейчас избегаю строить планы надолго. Сейчас, конечно, понимаю, чем буду заниматься через год-полтора, но чтобы жизнь, нет. Я не знаю, когда дойду до этой стадии, когда смогу говорить, что я всё запланировал.
То есть ощущения «я дома на Пхукете, я прожил здесь 12 лет и хочу ещё 12» нет?
Вообще нет. Более того, первые 4-5 лет на Пхукете я каждый год думал, что вот-вот сезон доработаю и уеду. Работа здесь сезонная: полгода отлично, полгода сложно. Хотя сейчас, конечно, работы много круглый год. Теперь меня бесит, что её даже слишком много. Думаю, у Вадима [Бухкалова, прим. ред.] тот же режим, хоть в сезон, хоть не в сезон.
Как из гида получилось агентство на 90 человек?
Я подробно рассказывал об этом в подкасте. Если кратко, то я полгода поработал гидом, и меня уволили. А потом ещё полгода пилил стартап. Ох этот первый стартап. Когда деньги закончились, я стал работать риелтором. Год в одной компании, год в другой, потом немного фриланса. А потом открыл своё. В штате было 18 человек, но пришёл ковид, и мы закрылись, потом восстановились.
В 2022 году у меня работало 5 человек. Сейчас нас 116.
Из чего складываются эти 116?
IBG Property – агентство, IBG Rentals – управляющая, и Rise Development. Только в агентстве около 90 человек, плюс ещё примерно 20 в управляющей компании. Мы занимаемся арендой, управлением, обслуживанием объектов. А теперь мы с моим партнёром 50 на 50 открыли девелоперский проект. Строим виллы, и там тоже работает много людей. Всё это даже операционно занимает огромное количество времени. Я не жалуюсь, но это очень тяжело. Три бизнеса.
У тебя есть ещё и Ассоциация недвижимости: русско- и англоязычные агенты, девелоперы. Что побудило вас объединиться? Вы же по сути конкуренты, которые борются за одних клиентов.
Да. Во-первых, конкуренция – это хорошо. Во-вторых, у нас нет конкурентов, все партнёры. Это прозвучит странно, но я не понимаю смысла в том, чтобы в своих конкурентах видеть врагов. Я считаю, это абсолютный бред, архаизм и бесполезное вредительское мышление.
Самые большие возможности, самые крутые моменты в партнёрских отношениях у меня пришли только когда я начал со всеми дружить и работать. Возможности открываются, потому что есть синергия. Без этого никуда. А если мы будем ходить дуться друг от друга… Знаешь, это как в отношениях: муж с женой сидят на диване и каждый телефон друг от друга прячет. Это же похожая штука.
Я много выступаю на мероприятиях, несколько лет абсолютно открыто всем делюсь. Рассказываю, сколько мы зарабатываем, какая выручка, какой расход, какая маржинальность, все технологии, всю методологию. Пожалуйста, берите. Вы просто попробуйте сделать так же. Что-то мало желающих пробовать. Оказалось, что идея и её реализация – это две параллельные вселенные.
Идеи сегодня сгенерирует любой ИИ.
Идей в мире дохрена! Просто открой сейчас чат GPT, он выдаст миллион идей. Как в том меме: «Алло, чат GPT? Мы хотим стать очень богатыми завтра. Всё». А задача хорошего предпринимателя – находить людей, которые умеют реализовывать. Я сам такой, всё время в поиске классных людей, потому что объём задач уже неподъёмный в одиночку. И всё, тогда возникает синергия. Я делюсь идеями, люди смотрят, благодарят. Кто-то воспользуется, кто-то деньги заработает, у кого-то что-то получится. Так накапливается полезность внутри рынка.
Ассоциация появилась как ответ на вызов извне, или вы просто решили, что вместе сильнее?
Всё придумал мой товарищ Андрей Поляков. А я предложил формат ассоциации. Создали мы её в конце двадцать четвёртого года, а активно развивать начали только в двадцать пятом.
На обложке написано, что мы объединяем рынок, чтобы менять то, что нас не устраивает. Существует демпинг со стороны агентов, несоответствие, непрофессионализм. Вроде бы стандартное для любого рынка. Для меня как для соучредителя это «мягкая сила». В переговорах тот факт, что за спиной у меня 800 агентов, даёт мне силу перед застройщиком и другими партнёрами.
Мой друг Игорь Бондаренко пару лет назад сказал классную вещь: «Когда ты бежишь с конкурентами в одной гонке, это похоже на крысиные бега. Ты не можешь глобально никого обогнать: чуть-чуть здесь, дальше уступил, потом снова вышел вперёд. А если ты объединяешься с конкурентами, то это делает тебя лидером рынка».
И вот одна из основополагающих вещей в ассоциации – то, как мы объединяем рынок. Если ты спросишь, кто лидеры рынка, я думаю, пять из десяти точно скажут, что это IBG Property. Мы организуем ивенты, у нас активный пиар, мы не выходим из медиа-поля.
И на этом фоне ты берёшься ещё и за девелопмент. При том что часто говоришь: в бизнесе я без эмоций, опираюсь на цифры. Ради чего ты решил меньше спать?
Сплю я, кстати, отлично, стабильные 8 часов. Да, без девелопмента мне было бы легче. Даже денег было бы больше, потому что мы вложили свои деньги. Но я объясню, зачем.
Первое – это эго. Неприятная штука, с которой надо что-то делать. А второе – потребность развиваться. Не расти, а именно развиваться. Потому что у агентства недвижимости есть горизонтальное масштабирование. Что это значит? Больше новых локаций открываешь, у тебя больше агентов, больше продаж, агентство больше зарабатывает. Возьмём пример Century 21 – 20 000 офисов по всему миру.
Мы это делаем. У нас есть представительство в Паттайе, мы работаем на Пхукете, мы открылись и закрылись на Бали. Сейчас открываем филиал в Камбодже. А есть вертикальный рост. Так куда эволюционировать агентству недвижимости, если не в девелопмент?
Как выбирали нишу?
Мы интуитивно выбрали виллы. Это, мягко говоря, не самая простая ниша, не самый быстропродающийся продукт. Мы ещё и выбрали сложную локацию. И при этом у нас очень круто получается. Мы ещё не начали строительство, а уже 11 вилл из 17 продано. Потому что у нас есть суперсила: продавать.
Ты показываешь стройку в сторис. Обычно эту часть скрывают или как минимум не афишируют. Это маркетинг, расчёт или желание сказать «я девелопер, мама»?
Я маме, папе, сёстрам всем всё доказал уже. Я купил им дома, машины, добился того, что мой папа смотрит на меня с восхищением.
А то, что я девелопер? Девелопер – это человек, который умеет реализовывать потенциал участка земли, и всё. Один из моих талантов – привлекать людей, и я пригласил в проект отличных профессионалов. Первые полгода было очень тяжело, так как процессы веду я сам, мой партнёр участвует деньгами. Но это даёт мне свободу учиться, это очень интересный процесс. Вот сейчас мы купили второй участок земли под виллы и привлекаем 50 миллионов долларов. Если мы их найдём, то построим ещё и огромный кондо-отель. Вот тогда можно будет выдохнуть, наверное.
Девелопмент – дорогое обучение, всё на своём опыте. Когда у тебя Forbes будет спрашивать, какое было самое дорогое обучение, Кембридж, Оксфорд, ты ответишь, что закопал эти деньги в стройку?
Мы уже поняли, что особо не заработаем на этих виллах. В агентстве с этим размером инвестиций я могу заработать в четыре раза больше. И это только на Пхукете, а у меня ещё другие локации. Но тем не менее это опыт привлечения чужих денег, понимаешь? Меня зажигает само ощущение ответственности за такой огромный проект. Подхожу к стене, вот так руку ставлю и говорю себе: «Это я построил».
Дерево посадил, дом построил, сына родил. Рождение детей изменило твой взгляд на бизнес, на риск?
На риск нет, я как был all-in человеком, так им и остался. А на бизнес да. Теперь о развитии бизнеса я думаю через призму: «А что в этой локации могло бы быть для моих детей?»
Но самое большое их влияние – это лайфстайл. Когда у тебя есть достаточно денег, чтобы закрыть все бытовые расходы, недвижки накупил, няни, машины, квартиры, всё это у тебя есть… Ты начинаешь смотреть в первую очередь на свой стиль жизни. Ловушка попасть, например, в бытовой алкоголизм, она огромная. И это трагедия – пойти на поводу у вещей, которые притупляют тебе нервные окончания.
А теперь, когда не надо думать, как срочно заработать на текущие расходы, я начал думать, как найти время на себя. Я люблю быть один, например. Вот есть экстраверты, они любят тусить. Я могу один часами сидеть, и мне по кайфу. Но я каждый день хочу быть с детьми, потому что такими маленькими, как сегодня, они никогда больше не будут.
При этом я должен быть здоровым, мне уже не 23, некоторые вещи даются гораздо тяжелее. А здоровье – это и питание, и дисциплина, и сон, и тренировки. Плюс у меня любимая жена, надо уделять ей время. Я считаю, что каждый мужчина должен с появлением детей и семьи менять свой лайфстайл, иначе скатишься вот в эти 80% разводов в первый год.
Моя семья – это мой фундамент, мой остров безопасности. Я делаю всё это для них.
Как ты всё успеваешь за один обычный день? И детей, и жену, и работу?
К сожалению, не успеваю, но очень стараюсь. Я могу сидеть до ночи в офисе. С утра обязательно чуть-чуть времени провожу с детьми. Жена огорчается, что внимания не уделяю. Дети пока маленькие, пока не жалуются. Дочке 4,2, а сыну вот 2 года будет в октябре. Они такие классные! Хоть и тяжело с двумя малышами.
Спорт у меня в расписании, под него забронированы слоты, никто не может туда поставить ни зум, ничего. А глобально есть куда стремиться.
Жена нашла на Пхукете свою возможность реализовываться?
Моя жена – самый талантливый человек в мире. К чему она ни прикоснётся, у неё всё получается. Был бы я таким, я бы уже миллиардером был, наверное.
Где можно посмотреть плоды её трудов?
В инстаграме, она блогер. У неё подписчиков намного больше, чем у меня, и она много чего пробовала. Она даже пошла как-то в моё агентство работать. Причём у нас не существует семейных подрядов и связей. «Извини, конечно, но ты будешь в подчинении у руководителя отдела продаж». За 3 месяца продала много объектов, заработала денег и ушла в декрет, беременная нашим сыном.
А полтора года назад она открыла магазин, затем второй, очень успешные. В Китае создала свой бренд спортивной одежды, он тоже развивается. Она потрясающая, говорю тебе. Так что work-life баланс страдает у нас с обеих сторон, у нас мало времени друг на друга.
А дети? Каково это, расти на острове, куда все едут отдыхать?
Да так же, как и везде. Нам помогает няня, а года в два начинается садик. Там отличное коммьюнити, ребёнок развивается. Разве что тёплых вещей покупать не надо. Здесь отличные школы. А вот с университетами нужно будет что-то придумывать.
В смысле, переезжать?
Да. Интересно, как Вадим решает эту задачу со взрослыми детьми. Им же нужен движ. Они скажут: «Папа, сиди на своём острове, а я поеду в большой город». Потому что там возможности. Мы с женой это обсуждаем. Возможно, логично будет дать им вторую резиденцию, где есть движ и возможности для молодых специалистов.
Наша задача – создать условия, но здесь я условий для выпускников школ и вузов не вижу. Это проблема Пхукета.
Ты бы хотел, чтобы дети пошли по твоим стопам?
Я хочу, чтобы они пробовали всё, что им интересно. Чтобы нашли свою страсть, как я нашёл предпринимательство. К тому же мы понятия не имеем, чему будут учить в университетах детей, которым сейчас по 4 года. Мне жалко, что я 5 с лишним лет просидел в университете, я бы сейчас это время не тратил.
Университет – это ведь ещё и мощный нетворкинг.
Я с однокурсниками дружу, рад видеться, но из той жизни у меня нет общих интересов ни с одним человеком.
Твои родители живут здесь?
Перевезти родителей – это несбыточная мечта, иллюзий я уже не питаю. Купить дом и билет на самолёт легко. Сложно перевезти всю жизнь человека, его друзей, интересы, стиль жизни. Чем старше человек, тем это несбыточнее. Они живут там же, в Кыргызстане. Мы ездим к ним, они приезжают к нам и внукам. У них там свои помидоры, виноград папа выращивает и с соседом на гитаре играет. Я им здесь этого не могу дать.
Что тебя на Пхукете больше всего восхищает, а что раздражает?
У меня аллергия на холод, поэтому тепло для меня на первом месте. Я бы не смог жить там, где есть зима. Второе – это масштаб свободы у иностранца. В Европе или Штатах её нет. А здесь ты совершенно свободен.
Ограничения для иностранцев в бизнесе не мешают?
То, что сейчас происходит, тревожно и сложно. Но у умных людей проблем всегда меньше, чем у остальных. Всё было предсказуемо. И те, кто соображал, смогли подготовиться.
А для себя ты решил? Пхукет – это дом?
Ну да. Пхукет для меня уже первый дом. Вернуться домой значит вернуться на Пхукет. Я здесь всю осознанную жизнь.
Хотя сейчас моя степень свободы несравнимо больше, чем раньше. Я предполагаю, что в какой-то момент перестану заниматься агентством напрямую, найму операционного директора или управляющего, и система станет полностью автономной, а я смогу уезжать на месяц-полтора, и ничего не рухнет. Продолжу путешествовать. В ближайший год точно буду думать об этом.
А бытовая сторона Пхукета? Комфорт, сервис, цена жизни.
В Азии классно то, что комфортная жизнь стоит недорого. В том же Кыргызстане иметь водителя, няню, уборку было бы сильно дороже. Доступность сервиса даёт свободу над временем.
Я вспоминаю твой рилс, где ты идёшь по пляжу и говоришь: «Как тут хорошо, и как жаль, что я только через год снова сюда попаду».
Сказать честно, я не люблю пляж. Море люблю, на яхте, на лодке покататься, а вот валяться на пляже вообще не мой формат.
Если бы читатель запомнил о тебе только одну мысль, какой бы это был принцип?
Я делаю много вещей просто для того, чтобы не было скучно. Отсюда и бизнес, и дети, и всё остальное. Любой человек, имеющий навык слушать людей и обладающий адекватностью выше 80%, может добиться любых результатов. Я постоянно пробую, тестирую сотни гипотез и анализирую результаты.
Вот и ещё одна суперсила? Неустанно пробовать?
Моё имя переводится с арабского как «отличающий правду от лжи». Я хорошо вижу, что ок, а что не ок, в людях, бизнесе, отношениях. Моя жизнь на 90% состоит из работы, другого стиля жизни я не знаю. Без работы мне было бы скучно, я буду предпринимателем до последнего своего вздоха.
